EN / RU

Продолжительность
1 отделение 30 минут, 2 отделение 70 минут
12+

Программа

I отделение

Эдуард Артемьев
«Галантные сцены»
Сюита из музыки к пьесе Михаила Булгакова
«Кабала святош»

II отделение

Эдуард Артемьев 
«Девять шагов к Преображению»
для хора, солистов, оркестра и органа

В программе возможны изменения

1 марта 2021 Понедельник 19.00 Большой зал
19.00 Большой зал

Эдуард Артемьев.
«Девять шагов к Преображению»

Концерт перенесён с 9 апреля 2020
Купить билет
Корзина
Билеты, купленные на 09 апреля 2020, действительны.

Московский государственный академический камерный хор
Государственная академическая хоровая капелла России имени А. А. Юрлова
Хор мальчиков Хорового училища имени А.В. Свешникова
Российский государственный симфонический оркестр кинематографии
 
Дирижёр – Сергей Скрипка

Солисты: 
Вероника Погребная-Ляликова, сопрано
Андрей Лефлер, тенор
Марианна Высоцкая, орган


«Девять шагов к Преображению» для хора, солистов, оркестра и органа» 

Произведение задумывалось Эдуардом Артемьевым в 80-е годы прошлого века. После нескольких написанных номеров автор отложил партитуру почти на 30 лет. Свой новый опус Эдуард Артемьев посвятил художественному руководителю и главному дирижёру Московского камерного хора — Владимиру Минину.

«Произведение будет называться «Девять шагов к Преображению», – рассказывал Эдуард Николаевич о сочинении. – Там не нарушен классический канон, всё идет по текстам. Некоторые вещи я опустил, переставил части: Sanctus поставил в финал. Этот жанр обращает публику к сосредоточенному углублению в себя и встрече с Богом».

По словам Артемьева, «Девять шагов к Преображению» — это вольная интерпретация канонической мессы, исполняемая не в привычной для этого жанра аскетичной манере, а с использованием синтезаторов и рок-группы: «...мне симфонического оркестра мало. Мне нужен саунд, который придумали рок-музыканты, мой любимый саунд. Сияющий, могучий. Нужна мощь, экспрессия, которой мне часто не достает в оркестре».

Свои эксперименты со звуком Артемьев начинал в Московской экспериментальной студии электронной музыки в конце 60-х годов. Смешивать «живые» (оркестровые) и «неживые» синтезаторные звуки в своей музыке он начал ещё до того, как эта практика укрепилась в Голливуде (где Артемьев проработал несколько лет).

«Для меня недостаточно написать мессу только для хора, как это делали Архангельский и Кастальский», – говорит композитор. – «Синтезатор  – величайшая машина. Я считаю, что у этого инструмента возможностей больше, чем у струнных. И я учитываю, что это будет играться «вживую»  – под руку дирижёра».

Эдуард Артемьев ценит разнообразие тембров. Его подход оправдывает опыт классиков: «уже у Моцарта и Верди преобладала чувственная сторона. Когда чувства выходят на первый план – это и есть проявление «светскости».